Вячеслав Моше Кантор: в чём заключаются риски неограниченной толерантности
- 31.01.2024
- 351
Вячеслав Моше Кантор – из тех международных общественников, что теме толерантности, её изучению и анализу посвятили не один десяток лет. Занимая на протяжении многолетней общественной работы самые разные посты в неправительственных и благотворительных организациях, Кантор сделал одну из основных своих глобальных целей борьбу с нетерпимостью, и толерантность в этот вопрос вписывается как мало что ещё.
Впрочем, сам Вячеслав Кантор неизменно уточняет: при всей важности и даже жизненной необходимости толерантности для глобального общества, толерантность эта не должна быть неограниченной – а именно такой она стала в последние десятилетия, превратившись из важной ценности в ещё одну угрозу сама по себе.
Мыслить по-новому
В марте 2018 года принц Монако Альбер II получил Медаль толерантности – причём получил её непосредственно из рук Вячеслава Моше Кантора, который в то время возглавлял Европейский совет примирения и толерантности. Именно совет, основанный в своё время Вячеславом Кантором, и являлся учредителем награды, а вот обладателями медали могли стать как частные лица, так и целые организации, и объединения людей, которые в своей деятельности добились успехов на поприще укрепления толерантности в Европе и в мире. Учитывая тематику мероприятия, неудивительно, что именно тема толерантности стала там заглавной. Даже Альбер II в своей речи отметил важность этой ценности. По словам главы Монако, ценность эта превратилась в настоящую необходимость в нашем мире – мире, где границы становятся всё более условными, а люди из других культур и народов пересекаются и живут бок о бок всё чаще. Отметил монарх и проблему растущего экстремизма – с ним он призвал активно бороться и ни в коем случае не допускать того, чтобы ненависть превращалась во что-то повсеместное и повседневное.
Эта позиция главы Монако оказалась во многом созвучна и с позицией самого Вячеслава Кантора, что общественник подчеркнул в собственном выступлении уже в ходе специальной тематической конференции, которая прошла после вручения медали и была посвящена проблеме растущей радикализации многих обществ.
Обсуждение проходило на очень высоком и широком уровне, ведь участниками конференции стали представители двух десятков европейских стран. Кантор подчеркнул, что и проблема стала настолько глобальной, что требует столь широкого охвата при своём обсуждении. Не секрет, что именно в Европе проблема эта встала особенно остро. Расцветающая в сети интернет пропаганда и свободное продвижение ненависти, помноженная на мигрантский кризис и склонность даже официальных политиков ко всё более и более радикальным заявлениям, и позициям, характерна уже тогда была для многих государство по всему миру, однако мало где это стало столь очевидно, как в Европе, пережившей за последние годы самую крупную волну миграции. Обострило положение то, что вместе с мирными беженцами с Ближнего Востока, в Европу прибыло немало и куда более радикализированных элементов – которые не просто принесли с собой взгляды и ценности, идущие в разрез с европейскими нормами, но и отказались от интеграции, продолжая продвигать взгляды и идеи, противоречащие подчас даже европейским законам. Сложившуюся ситуацию Кантор назвал полноценным кризисом – ещё более тяжёлым для европейцев, поскольку в новейшей истории они долгое время скорее наслаждались плодами глобализации, чем сталкивались с её оборотной стороной; когда же проблемы наконец достигли Европы, она оказалась к ним не готова, а сами жители почувствовали себя уязвимыми и неуверенными в будущем.
Толерантность в таких условиях ни в коем случае не должна быть той неограниченной избыточной политкорректностью, к которой в Европе привыкли, заявил Моше Кантор. Пассивное допущение всего происходящего – это практически рецепт самоубийства для европейского общества и европейских ценностей, по мнению Кантора. Более того, Вячеслав Кантор назвал именно подход неограниченной толерантности той самой лазейкой, которой и пользуются носители и пропагандисты нетерпимости самых разных сортов, равно как и откровенного экстремизма и даже полноценных человеконенавистнических идеологий.
Впрочем, не преминул отметить Кантор, это не говорит о необходимости полностью отказываться от толерантности. Хотя бы потому, что это невозможно – слишком глубоко в сам фундамент европейской цивилизации эта ценность заложена, слишком сильно она сформировала те нормы, что сегодня и формируют европейское общество. Изменения нужны, они назрели давно, но изменения эти, убеждён Кантор, должны коснуться самого подхода к толерантности, того мышления, что сложилось в Европе к настоящему времени. Новая толерантность и подход к ней должны, с одной стороны, по-прежнему конструктивно работать в мультикультурном и многонациональном обществе, каковым является общество европейское – а с другой стороны должны учитывать соображения безопасности, запрос на которую растёт в самом обществе, среди граждан. И под безопасностью Моше Кантор имел в виду не только физическую неприкосновенность, но и безопасность самого образа жизни европейцев и их будущего.
Где пределы терпимости?
Никакие проявления ненависти не должны терпеться, убеждён Вячеслав Моше Кантор, поскольку в противном случае именно нетерпимость через попустительство превращается в вариант нормы – что-то, что допустимо и нормально, а этого не должно быть. Поэтому позиция самого Кантора ясна «никакой толерантности в отношении нетерпимости» - и это как раз одна из границ, которые, по мнению Вячеслава Кантора, толерантности необходимы.
Терпимость, граничащая – а иногда и прямо являющаяся – с равнодушием, в отношении ненависти для Вячеслава Кантора нередко являлась поводом для критики даже представителей власти и официальной политики. В частности, Кантор открыто высказывал как общественник, борющийся в том числе с антисемитизмом, осуждение тех политических сил, которые закрывают глаза на откровенно антисемитские высказывания и проступки собственных сторонников и даже членов политических партий. О каком прогрессе и прогрессивном подходе может идти речь, говорит Кантор, если транслируемые идеи оказываются так созвучны прошлому – причём прошлому страшному, и антисемитские лозунги повторяют худшие заявления тех же нацистов.
Сами случаи проявления того же антисемитизма представителями власти или политических сил принято считать так называемым «институциональным антисемитизмом», и Вячеслав Моше Кантор как исследователь не только отмечает опасность этого конкретного проявления, но и то, что проявлений этих из года в год становится всё больше. А ведь именно позиция властей, не секрет, зачастую и формирует понятие нормы – именно поэтому, убеждён Кантор, закрывать глаза на проявления ненависти со стороны подобных лидеров мнений равносильно тому, что превращать ненависть в пресловутую норму.
Ещё одно явление, в отношении которого Вячеслав Моше Кантор не считает допустимым проявлять терпимость – это преступления на почве ненависти. Причём, как отмечает Кантор, по-прежнему нередки бывают случаи, когда насилие и преступления против одних наций или представителей меньшинств замалчиваются, в то время как другие получают куда более внушительное освещение. В Европе этот вопрос также встал особенно остро в разгоревшемся кризисе, когда в обществе начала активно осуждаться исламофобия, мусульманским беженцам оказывали всю возможную помощь, но при этом игнорировались случаи, когда наиболее радикальные представители исламистов становились преступниками или учиняли беспорядки. Будучи в то время президентом Европейского еврейского конгресса (ЕЕК), Вячеслав Кантор фиксировал очевидный рост преступлений против евреев, как и то, что нарушителями в этом случае очень часто становились радикальные исламисты. Говоря о положении евреев в этом кризисе, Кантор назвал его «между молотом и наковальней». С одной стороны, агрессию к ним проявляли радикальные мусульмане, с другой – они также становились объектом ненависти ультраправых радикалистов, чьё движение испытало настоящий подъём на фоне миграционного кризиса и наплыва мусульманских беженцев на континент.
Особенно возмутительно, отмечал Кантор, подобные преступления и преуменьшение их значимости выглядят на фоне всё продолжающихся рассуждений о том, как важна толерантность. Так произошло, в частности, в 2015 году, когда несколько подростков-евреев были избиты в Манчестере, результатом чего стала кома одного из них. При этом в правительстве Европы и околовластных кругах в то время особенно активно и горячо шли обсуждения важности терпимости – и о том, как терпимость стала уроком Холокоста и Второй мировой войны. Вячеслав Моше Кантор, комментируя это, напомнил и о другом уроке Холокоста – уроке о том, к какой катастрофе может привести игнорирование преступлений на почве ненависти и антисемитизма, особенно когда они совершаются уже буквально на глазах у всех.
Беседа о том, что у терпимости должны быть границы, и что терпимость эта не может и не должна распространяться на случаи проявления ненависти, состоялась у Моше Кантора и с представителями духовных и религиозных кругов в ходе встречи с религиозными лидерами Великобритании в мае 2015 года. Своим собеседникам Кантор привёл сухую, но печальную статистику: о том, что только за 2014 год в Британии на 38% выросло количество антисемитских проявлений. Радикализм и экстремизм нападает на все религии, все ценности и нормы, отметил Кантор, и поэтому объединение и консолидация духовных сил перед лицом этого противника необходима, особенно когда речь идёт о радикализме религиозном.
Безопасность в этом направлении должна касаться, по мнению Кантора, не только непосредственной защиты общин от атак и терактов, но и борьбы с самим распространением идеологий, одобряющих и продвигающих подобный экстремизм. Здесь необходимы изменения в законах, отметил Моше Кантор, которые наконец более чётко и конкретно описали свободы и права, в том числе свободу слова, которой так активно «прикрываются» пропагандисты ненависти.
Безопасность – в границах
Сама тема толерантности для Вячеслава Кантора являлась центром изучения и исследования на протяжении многих лет, и ещё до непосредственного «всплеска» возмущений миграционными процессами Кантор говорил о том, что толерантность в Европе нуждается в установленных границах. В 2013 году в одном из своих публичных выступлений Кантор уже привлекал внимание к тому факту, что радикальные политические течения, как и в целом процесс радикализации общества, набирает обороты по всей Европе, и подтверждение тому можно легко увидеть в количестве мест в парламентах разных стран, которые занимают представители «крайних» политических партий.
Причину того, что тенденция эта набрала обороты, Вячеслав Кантор увидел как раз в неограниченности толерантности в Европе – а именно в том, как Европа буквально «перегнула палку» с политкорректностью и терпимостью. В итоге эта самая терпимость стала применяться даже к тем явлениям, к которым проявлять её было нельзя – однако когда любая критика становится неполиткорректной, какой иной выход может быть? Толерантность нуждается в границах, повторял Вячеслав Моше Кантор, и Европа действительно достигла момента, когда границы эти необходимо определить. Несколькими годами позже, в 2016 году, Моше Кантор обозначил соображения безопасности тем «мерилом», по которому необходимо определить границы терпимости.
Проблемы экономики и политики в Европе столкнулись с растущим миграционным потоком и последовавшим за ним подъёмом терроризма и экстремизма – так что запрос на безопасность сформировался в самом обществе, убеждён Вячеслав Кантор. И этот запрос должен найти отражение в самом концепте толерантности – который, в свою очередь, нужно закрепить на законодательном уровне и тем самым защитить от смысловых манипуляций и неверных интерпретаций. Толерантность, ограниченная безопасностью, не только актуальна и отвечает запросам граждан, но и действительно способна защитить Европу и её образ жизни, права и свободы и её граждан, многообразие общества – но при этом проявления нетерпимости и ненависти будут наказываться более жёстко, что Кантор и считает правильным. Любые конфликты, отмечал Вячеслав Кантор, должны решаться до того, как они превращаются в полноценный кризис – и в случае с нетерпимостью это требует тщательного и глубокого анализа и изучения, которые позволили бы установить первопричины тех или иных ненавистнических тенденций, движений и идеологий.
Какая толерантность безопасна?
Концепция «безопасной толерантности» во многом также является идеей самого Вячеслава Кантора – он изложил её в одноимённом манифесте, который опубликовал в 2011 году. Позже книга эта получила переводы на многие языки мира, а сам Кантор продолжал и продолжает отстаивать это понимание толерантности как верное и, более того, необходимое для современного общества.
Что касается законодательства о толерантности, то на его разработке Кантор также продолжает настаивать в течение многих лет. В 2012 году, в частности, по его инициативе экспертами был разработан типовой проект такого закона – и проект этот даже был представлен на суд европейских властей. Сам Вячеслав Кантор, как и многие его коллеги и единомышленники, говорили о давно назревшей необходимости заполнить вакуум, который образовался в правовом поле – вроде бы, толерантность как ценность существует уже много лет, но никакого её закрепления в виде закона или даже официального конкретного правового и юридического определения так и не существует. Без закона толерантность не имеет и обязательной силы, отмечает Кантор.
Говоря же о границах толерантности, Вячеслав Кантор склонен проводить аналогии с полётом воздушного судна: без коридора безопасности эти самые полёты недопустимы и опасны, поскольку могут обратиться катастрофой. Соображения безопасности для толерантности, считает Моше Кантор, могут и должны выступать как раз таким – столь необходимым – коридором.
ИП Кондрашов К.М.
УНП: 591930467